ПРЕДИСЛОВИЕ

ПРЕДИСЛОВИЕ

Что может быть выше знания основ духовной жизни и достойнее самого духовного устроения по этим основам?!

Перед нами труд оригинальный по оформлению и образцовый по содержанию, выполненный на высоком профессиональном уровне. Это своего рода компендиум по «Добротолюбию», то есть изложение в сжатой форме основных положений его содержания и приведение «соборных» суждений святых учителей о важнейших сторонах духовной жизни. Как в реставрационной мастерской, сняв с потемневшей иконы верхние слои, открывают взору новое видение Небесного Мира, так и в предлагаемой книге внимательно, кропотливо изучается славянский текст «Добротолюбия», выявляются драгоценные жемчужины святоотеческой мудрости и тем самым указуется читателю, как безошибочно стать на путь святой жизни и твердой стопой идти по нему – побеждать страсти, стяжать противоположные им добродетели (глава II) и иметь надежное руководство в духовной жизни (глава III).

Для данной книги было избрано славянское «Добротолюбие», так как в нем глубоко православно раскрывается духовное делание ищущего спасения.

Вызывает интерес уже само Введение к книге, так как в нем, хотя и вкратце, представлены история собирания святоотеческих книг преподобным Паисием Величковским (†1794), перевод их на славянский язык и подготовка к изданию. «Стремясь к дословному переводу, он (прп. Паисий. – К. С.) иногда делал кальку, оставлял в славянском тексте неизменными греческие падежи, порядок слов и другие особенности чисто греческого фразеологического построения», – метко характеризуется труд преподобного. Упоминается также работа святителя Феофана (Говорова; †1894), создавшего новую, русскую версию «Добротолюбия».

В начале первой главы «Общее очертание монашеской жизни» правильно отмечается чистота сердца как главный ориентир для подвижнического жития, обстоятельно – словами святых отцов или, по преимуществу, в свободном изложении их наставлений – описываются ступени иноческого самоотречения, по которым должно неленостно подниматься от земли на небо. «Первый подвиг на пути спасения, – свидетельствует автор и раскрывает это свидетельство, – состоит в том, чтобы разрушить и победить страсти, второй – стяжать добродетели и не оставить душу пустой (праздной), третий – внимательно хранить плоды трудов». В контексте подобных размышлений в первой главе особенно назидательно суждение автора со ссылкой на преподобного Никиту Стифата о преимуществе служения ближнему. «Если во время келейной молитвы, – читаем в книге, – постучит в дверь какой-либо брат, не надо предпочитать молитву делу любви и не отвергать брата стучащего, так как Бог хочет милости любви, а не жертвы молитвы».

Во второй главе «Борьба со страстями и стяжание добродетелей» превосходно показана, с одной стороны, взаимосвязь страстей, а с другой – добродетелей. «Ослепляется ум от трех страстей: сластолюбия (сласти), сребролюбия и тщеславия». За этими «тремя великими страстями следуют их порождения – пять лукавых духов: блуд, гнев, печаль, уныние и гордость. От чревоугодия (чревообъедения) происходит блуд, от сребролюбия – гнев, от которого – печаль, производящая уныние. От тщеславия рождается гордость. И из этих восьми страстей происходит все множество пороков и различные виды грехов». О взаимосвязи добродетелей читаем: «Страсти побеждаются противоположными и владеющими ими добродетелями, которые образуют соответствующий ряд. Три главные добродетели – воздержание, нестяжание и смирение. Им последуют чистота, кротость, радость, мужество и самоуничижение». Сам анализ страстей представлен глубоко духовно (см., например, о страсти сребролюбия, о печали мирской, об унынии).

С подлинно духовной рассудительностью представлено и «Руководство к духовной жизни» (глава III). Вот, например, как говорится об избрании «непрелестного» наставника: «Большим благом является вопрошение обо всем, однако только искусных. Неискусных же спрашивать очень вредно, так как они не имеют рассуждения, которое заключается в том, чтобы знать «...время, потребу, устроение человече, количество, силу, разум вопрошающаго, произволение, и намерение Божие, и коегождо речения Божественнаго Писания, и ина многа». «Молитвами и слезами надо умолить Бога послать наставника бесстрастного... Руководитель ко спасению должен иметь в себе дух и разум Священного Писания... Когда же он ни того ни другого не имеет, то лучше к нему совсем не ходить, но со смирением прибегать к Богу, от чистого сердца считать себя недостойным и руководствоваться Священным Писанием». Но если найдется богомудрый наставник, «то необходимо совершенно отвергнуться себя и своих пожеланий, во всем ему повиноваться...». А вот как сказано о величии молитвы: «Она превосходит все добродетели, и у нашедшего истинную молитву бывает радость выше всякой иной радости. Кто богослов, тот истинно молится, и кто истинно молится, тот богослов». Или о чтении священных книг: «Бог больше открывается простоте и смирению, чем ученым трудам».

Вся книга – монолитна, единое целое. Создается впечатление, что она создана доброй рукой, на одном дыхании – единым духом. Так она и читается...

Короче, собрано и приведено в систему святоотеческое учение об основах духовной жизни. В результате имеем наставление, которое, несомненно, поможет лучше усвоить славянское «Добротолюбие», к которому хотя и относятся с большим почтением, но которое редко читают из-за сложности языка. Это, можно сказать, моральный кодекс и для инока и для живущего в миру.

Преподобный Григорий Синаит в том же «Добротолюбии» на церковно-славянском языке («Главы зело полезные». Тутаев, 2000. С. 211) сообщает, что, согласно «великому Максиму», есть три «незазорных» повода для того, чтобы писать: 1) для своей памяти, 2) для пользы других и 3) ради послушания. «Автор данной работы счел возможным взяться за ее написание для постоянного приведения себе на память духовного опыта великих святых отцов». Вот где ключ к примерному исполнению любого труда в области патрологии. И вот почему мне хотелось бы рекомендовать данную работу опубликовать, чтобы каждый православный христианин имел ее на своем столе и мог как можно чаще пользоваться ею наряду с творениями святых отцов. Книга эта и есть, по существу, творения святых отцов, изложенные просто, доступно, назидательно – глубоко духовно.

Небольшое, но существенное добавление. В конце книги ее автор – насельник Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, кандидат богословия, иеромонах Митрофан (Волкодав) – пишет: «Текстология славянского "Добротолюбия" является отдельной большой темой, и ею пока никто не занимался... Поэтому в настоящее время не все текстологические вопросы решены до конца. Например, неизвестно, насколько изменила переводы преподобного Паисия правка редакторами в Александро-Невской и Троицкой семинариях». Так что же мешает автору узнать?! Было бы весьма желательно, чтобы он продолжил работу над славянским «Добротолюбием». Да поможет ему в этом святом деле своим небесным предстательством преподобный Паисий Величковский, как, верим, помогал и во время истинно монашеского труда при написании данной книги!

6 июня 2002 года

Профессор Московской Духовной академии

Константин Ефимович Скурат



Оглавление

Богослужения

15 августа 2022 г. ( ст. ст.)

Частые вопросы

Интересные факты

Принесение иконы А. Рублёва в Троице-Сергиеву Лавру
В рамках празднования 600-летия обретения мощей преподобного Сергия Радонежского в ночь с 16 на 17 июля 2022 года в стены Свято-Троицкой Сергиевой Лавры принесли икону Живоначальной Троицы преподобного Андрея Рублёва. Святыню доставили из Третьяковской галереи.