Комплект поминальных книг Троице-Сергиева монастыря XVI–XVII вв.

С.В. Николаева

Поминание усопших как одна из самых важных религиозных и общественных функций монастырей, сложившееся в XV в. в систему, получило развитое документальное оформление в XVI в. Синодики, вкладные и кормовые книги письменно закрепили связь размера и характера вкладов с объемом и характером «даров во возврат», обеспечиваемых монастырем. Выдающаяся роль основателя Троице-Сергиева монастыря преподобного Сергия Радонежского определила особое положение созданной им обители уже в конце XIV в. Благодаря развитию общерусского почитания святого росла известность Троицкого монастыря, формировался его неоспоримый авторитет и преимущественное положение среди других монастырей, что объясняло предпочтение, которое отдавали Сергиевой обители представители всех слоев древнерусского общества в важнейшем для средневекового человека деле «устроения» своей души и душ своих предков и родственников. Нет сомнений, что в Троице-Сергиевом монастыре существовало обширное делопроизводство, связанное с системой коммемораций [1].

Эта часть архива Троице-Сергиева монастыря XVI-XVII вв., сохранившаяся до настоящего времени, представлена Синодиком 1575 г., тремя синодиками, датированными нами 80-ми годами XVI в., шестью синодиками XVII в., один из которых сохранился в списке XVIII в. Кормовыми книгами 1592 г. и 1674 г., Вкладными книгами 1639 г. и 1673 г. Все эти памятники находятся в собрании Отделе рукописей Российской государственной библиотеки (OP РГБ) и Сергиево-Посадского государственного историко-художественного музея-заповедника (СПМЗ). Изучением троицких вкладных книг занимались С.Б. Веселовский, Е.Н. Клитина [2]. Коллективом музейных сотрудников во главе с Т.В. Николаевой и Т.Н. Манушиной Вкладная книга 1673 г. была издана в 1987 г. [3]. Л.М. Спирина исследовала Синодик 1679/80 г., ею выявлены многие троицкие синодики в коллекции музея и ОР РГБ [4]. Характеристика нескольких синодиков XVII в. и схема их соотношения были даны в статье С.В. Конева [5]. С утверждениями этого автора у нас имеются значительные расхождения. В исторической литературе использовались в основном данные самых известных троицких рукописей: Вкладных книг, Синодика 1575 г., Кормовой книги 1592 г. [6].

Рассмотрим вышеназванные памятники как комплекс источников, связанных с системой поминаний. Соотношение между источниками представлены нами в виде схемы.

Схема 1.jpg

Схема: Книги поминального комплекса
Троице-Сергиева монастыря

Сохранившиеся троицкие рукописи, относящиеся к организации поминаний, относятся ко второй половиной XVI-XVII вв. Но в них содержатся сведения более ранних источников. Во Вкладных книгах 1639 г. и 1673 г., в Кормовой книге 1674 г. [7] имеются ссылки на «старый сельник» и «синодики с сельники». Один из этих синодиков, вероятно, был создан в XV в. и послужил протографом для Синодика 1575 г. Очевидно, существовал еще один, не дошедший до наших дней, синодик конца XV – первой половины XVI в., в который вносились записи до 70-х годов XVI в. и на который ссылаются Вкладные книги (самая поздняя ссылка относится к 1571 г.). Возможно, с этого «старого сельника» были списаны два синодика, хранящиеся в ОР РГБ (41 и 42) [8]. Произошло это, как нами установлено, между 1584 и 1589 гг. Эти синодики являются «сельниками», т.е. поминальными книгами, в которые вносились имена только за крупные вклады: недвижимость («села») или денежные суммы не менее 50 рублей. Это условие оговаривается в синодочном предисловии. Отсюда небольшой объем сохранившихся синодиков 80-х годов. Имена в них часто сопровождаются надстрочными киноварными надписями фамилий, указаниями о вкладах, степени родства. Наряду с именами людей, по душам которых дается вклад, в них также встречаются имена самих вкладчиков.

Чуть позже, после 1589 г., с Синодика 41 был сделан «чистовой» список, Синодик 40 [9], в основной текст которого вошли все исправления и дополнения, внесенные в Синодик 41. Синодик 40 отличается тщательностью оформления, хорошей сохранностью. Текст украшен двумя большими орнаментальными заставками на золотом фоне. Полагаем, что этот синодик был выполнен специально для нового в то время Успенского собора.

Практика ведения отдельных храмовых синодиков, очевидно, не получила широкого развития в Троице-Сергиевом монастыре. Сохранились только два по самоназванию храмовых синодика. Один из них, о котором скажем ниже, Синодик церкви Сошествия Святого Духа 1660 г. (814) [10], по содержанию и форме не отличается от «общемонастырских» синодиков, и название его отражает лишь его местонахождение. Второй «Синодик Успенского Большаго собору ключаря Мартина Исаевича» 1658 г. (813) [11], в котором, кроме предисловия и поминаний высших светских властей и церковных иерархов, записаны представители рода самого ключаря Мартина Исаева, священника и дьякона этого собора Епифания Фотиева и Иоанна Еремиева. Далее записи в этот Синодик по каким-то причинам не велись. Возможно, это объясняется традицией давать вклад в монастырь, а не в какой-то из отдельных его храмов. Зафиксировано очень немного вкладов, предназначенных конкретно в Троицкий и Успенский соборы: иконы, украшение для раки Сергия Радонежского, деньги на иконостасы и кровлю. Большинство записей о вкладах имеют приписку о занесении имен во «все синодики». Интересно, что синодики, которые, вероятнее всего, должны были находиться в храмах, не зафиксированы среди имущества соборов и церквей в самых подробных монастырских Описях 1641 г. и 1701 г. [12]. Нет их и в разделах, описывающих ризницу и книгохранилище. В XVIII в. были заведены специальные вкладные книги Успенского собора, которые после создания не пополнялись новыми записями. Об упорядочении организации поминаний и учета вкладов, заведении вкладных и кормовых книг говорилось уже в решениях Стоглавого собора. В 1561 г., как свидетельствуют Вкладные книги 1639 г. и 1673 г. и Кормовая книга 1674 г., Иван Грозный приказал троицкому игумену Серапиону с братией установить корма. Эта кормовая книга не сохранилась, с нее, очевидно, была списана Кормовая книга 1592 г., в которой также есть ссылка на повеление царя Ивана Васильевича игумену Серапиону с соборными старцами «кормы давати заупокойные» [13], но без указания года. Датировка этого протографа требует уточнения. Дата, указанная во Вкладных книгах, противоречит времени игуменства Серапиона (Курцева), который уже в июне 1551 г. стал архиепископом Новгородским, а в 1552 г. скончался [14]. Можно предположить, что в более поздних источниках. Вкладных книгах XVII в. была допущена ошибка ровно на десятилетие. В то же время ни в одном из текстов, сообщающих о приказе Ивана IV, не говорится о заведении собственно кормовой книги, речь идет об установлении кормов. В Кормовой книге 1592 г. описана «процедура» установления кормов: игумен Серапион Курцев принимал это решение в церкви, «поговоря» с соборными и келейными старцами и со священниками, имена которых перечислены. Устанавливались корма по тем вкладчикам, которые дали за запись в синодик по 50 рублей, и тем, кто дал «на поминовенье села и деревни и пустоши и варницы и деньги по 50 рублев» [15] вне зависимости оттого, были ли они захоронены в монастыре или каком-либо другом месте.

Вкладная-книга.jpg

Вкладная книга Троице-Сергиева монастыря. 1673 г.
Бумага, чернила, кожа, дерево, серебро;
скоропись, тиснение, гравировка. СПМЗ

В Кормовой книге 1592 г. указано, что вошедшие в нее сведения выписаны при казначействе Игнатия Лодыгина (1590-1592) «из должных книг по старым книгам по уложению игумена Серапиона Курцева с братьею» [16]. Под «должными» и «старыми» книгами, очевидно, подразумеваются несохранившиеся синодики, протограф Вкладных книг 1639 г. и 1673 г. и самая ранняя кормовая книга, которая могла быть заведена, хотя и на основании норм, установленных при игумене Серапионе, но несколько позже, например, если довериться источникам XVII в., в 1561 г. Возможно, об этой рукописи идет речь в предисловии Кормовой книги 1674 г., когда объясняются причины ее создания – «для ради многих лет, и за ветхостью многих тетратей» [17]. Начинается же предисловие следующими словами: «Книга кормовая живоначальныя Троицы Сергиева монастыря. По приказу блаженныя памяти государя царя и великого князя Иоанна Васильевича всея России. Отлета 7069 году» [18]. Следует также заметить, что в Кормовой книге 1592 г., где большинство записей о вкладах и кормах не имеют датировок и располагаются не в хронологическом порядке, самая ранняя из записей, сопровождающихся датой, относится к 1561 г. [19]. К 60-м годам, как выявила Е.Н. Клитина [20], относится несохранившийся протограф Вкладных книг 1639 г. и 1673 г., переработанный в 20-е годы XVII в.

В 1575 г. также по личному распоряжению Ивана IV в Троицком монастыре создается пергаменный синодик, самый большой по объему, в который вносились имена вкладчиков, независимо от их социального происхождения и размера данного вклада. Здесь поминаются князья Старицкие, которые, согласно вкладным книгам, дали в монастырь только денежных вкладов более тысячи рублей, не считая ценнейших произведений искусства. Здесь же находим и имена рядовых стрельцов, служек, ремесленников, крестьян, пожертвовавших три рубля, скирду сена, что-либо из платья или утвари.

К концу XVI в. в Троице-Сергиевом монастыре существовала целая система оформления коммемораций, в которой прослеживается дифференцированный характер услуг «во возврат» в соответствии с размером вклада. Во вкладной книге подробно фиксировались все вклады, различные по размеру и характеру. В кормовую книгу заносились самые крупные вклады, которые, в свою очередь, составляли три группы, соответствовавшие кормам «большому», «среднему», «малому». Внесенные в кормовую книгу корма проводились по общецерковным праздникам и индивидуальным дням памяти, приходившимся на день тезоименитства или день смерти поминаемого. Для повседневного поминания существовали синодики как минимум двух видов: большие общие синодики и сельники, «привилегированные» синодики крупных вкладчиков, которые в силу своего небольшого объема вычитывались быстрее, обеспечивая большую частоту поминаний.

В XVII в. происходит некоторая переработка материалов старых синодиков. Наряду с синодиками, запись в которые велась в хронологическом порядке (в 1653 г. был сделан список Синодика 42 – Синодик 817) [21], появляются иные по структуре синодики. В них имена поминаемых группируются по родам и записываются под соответствующими заголовками. Самый ранний из сохранившихся таких троицких синодиков относится к 30-м годам XVII в. (818) [22]. Наряду с поминаниями по родам в такие синодики включены интересные групповые поминания, объединенные по социальному, профессиональному, географическому или «событийному» признаку. Например, поминаются дьяки и подъячие, протопопы разных городов, торговые люди, «балахонцы», убитые в Суздале, на Куликовом поле, умершие от голода и погибшие во время осады Троицкого монастыря в начале XVII в.

В 1639 г. появляется новая, самая ранняя из сохранившихся, редакций вкладной книги Троице-Сергиева монастыря, в структуре которой прослеживаются те же принципы, что и в «новых» синодиках XVII в.

В 1660 г. был создан еще более «структурированный» синодик (814), в котором родовые поминания располагаются по датам общецерковных праздников в течение года, как это принято в кормовых книгах.

Тенденция сближения памятников, связанных с поминаниями, особенно наглядно прослеживается по троицким источникам 70-х годов XVII в., ознаменовавшим важный этап в развитии рассматриваемой части монастырского архива. В это время создаются три крупных памятника: Вкладная книга 1673 г., переписанная с Вкладной книги 1639 г., Кормовая книга 1674 г. и Синодик 1679/80 г., списанный с Синодика 1575 г. В 1675 г. был заведен еще один синодик, сохранившийся только в списке 1738 г. К 70-м годам XVII в. в монастыре существовало не менее десятка книг, связанных с коммеморациями, которые велись параллельно. Многие из них обветшали, записи в них делались небрежно. Не случайно, в конце 60-х – начале 70-х годов XVII в. к нескольким старым синодикам (42, 817, 818) были приписаны новые предисловия. Причем сделано это было достаточно формально: образцом послужило предисловие Синодика 40, сельника, в котором имеется соответствующее указание на размер вклада как условие записи в него. Это предисловие получили Синодики 817 и 818, не являвшиеся сельниками.

Параллельное бытование многочисленных книг, связанных с поминаниями, имевших различную структуру, делало систему учета вкладов и поминальных записей очень громоздкой: частые повторы, с одной стороны, и разбросанность информации об одних и тех же лицах, с другой стороны. В этой ситуации в монастыре предпринимается попытка усовершенствовать документы. Помимо практической цели систематизировать поминальные записи, эта работа явно была направлена на придание книгам поминального комплекса большей репрезентативности.

Ярким свидетельством и результатом этой работы стала Кормовая книга 1674 г., основой текста и построения которой стал Синодик 1660 г. (814). Текст поминаний, взятый составителями Кормовой книги 1674 г. из Синодика 1660 г., был дополнен унифицированными данными о вкладах, почерпнутыми во Вкладной книге 1673 г. В Кормовой книге 1674 г. воспроизведено оглавление Вкладной книги 1673 г. с указанием листов, на которых записаны те же рода в самой Кормовой книге. Цель этого нововведения – установление связей между источниками, облегчение пользования ими – оговаривается в предисловии Кормовой книги 1674 г. («для прииску»).

Парадное оформление Кормовой книги 1674 г. (большой формат, золотой абрис, многочисленные орнаментальные заставки, высокий профессиональный уровень письма) должно было подчеркивать авторитет монастыря в важнейшей сфере деятельности – организации поминаний, стимулировать поступление вкладов, особенно от феодальных родов, доля которых в общем количестве пожертвований в монастырь в последней четверти XVII в. значительно падала. Однако несмотря на пропуски, оставленные в рукописи для записи новых вкладов, Кормовая книга 1674 г. после ее создания не пополнялась. Она так и осталась памятником большой компиляционной работы, проделанной в монастыре во второй половине XVII в.

346-0004.jpg

Синодик вкладчика Троице-Сергиева монастыря.
(Список 1738 г. с Синодика 1675 г.) Лист рукописи.
Доп. собрание библиотеки ТСЛ. НИОР РГБ, ф. 304.II

В отличие от парадной Кормовой книги 1674 г. созданный почти одновременно с ней Синодик 1675 г. был, очевидно, в активном пользовании в Успенском соборе, отчего пришел в негодность и был переписан в 1738 г. Этот Синодик так же, как Кормовая книга 1674 г., демонстрирует сближение книг, связанных с коммеморациями. Синодик 1738 г. схож по содержанию и структуре с Синодиком 1660 г., но содержит в отдельной графе еще и записи о вкладах (С.В. Конев предложил такие синодики называть «кормово-вкладскими») [23]. Очевидно, что Синодик 1675 г. был следующим после Синодика 1660 г. в эволюции структуры синодиков XVII в., ведущей к сближению книг поминального комплекса.

Работа по унификации документов и упорядочению системы поминаний велась с ведома и по инициативе верховной власти. Средства на создание новых книг, очевидно, поступили от боярина Богдана Матвеевича Хитрого. В Синодике 1679/80 г. на это есть прямое указание в отношении Вкладной книги 1673 г. и Кормовой книги 1674 г.

Об этом свидетельствует подчеркнуто привилегированное положение, которое занимают записи о роде бояр Хитрых и о вкладах самого Богдана Матвеевича. Кормовая и Вкладная книги были написаны на одном запасе бумаги, с привлечением одного и того же писца, украшены однотипными заставками [24].

Таким образом, в развитии комплекса памятников Троице-Сергиева монастыря XVI-XVII вв., связанных с поминаниями, можно выделить три этапа: с конца XV в. до 70-х годов XVI в. – время появления первых синодиков, вкладных и кормовых книг; с конца XVI в. до середины XVII в. – переписывание старых книг, переработка их материала и появление новой структуры синодиков; 60-е – 70-е годы XVII в. – упорядочение и унификация информации источников коммеморационного комплекса.


Источник: Троице-Сергиева Лавра в истории, культуре и духовной жизни России: Материалы II международной конференции / Сост.: Т.Н. Манушина, С.В. Николаева. – Сергиев Посад: Весь Сергиев Посад, 2002.С. 223-233.


Примечания

[1] Коммемора́ция (от фр. comme – как и memoria – память) – увековечение в общественном сознании памяти о значимых лицах и событиях прошлого путем сохранения вещественных, письменных, хроникальных, метрических и иных мемориальных свидетельств о них, а также через совершение поминальных практик.

[2] С.Б. Веселовским была сделана копим Вкладной книги 1673 г., которая хранится в Архиве РАН. Ф. 620. Он. 1. Д. 18; Он же. Исследования по истории опричнины. – М., 1963; Он же. Исследования по истории класса служилых землевладельцев. – М., 1969; Клитина Е.Н. Вкладные книги Троице-Сергиева монастыря // ТОДРЛ. – Л., 1971. Т. XXVI. С. 287-293.

[3] Вкладная книга Троице-Сергиева монастыря. – М., 1987.

[4] Спирина Л.М. Синодик 1679 г. и з собрания Сергиево-Посадского историко-художественного музея-заповедника (К вопросу изучения синодиков Троице-Сергиева монастыря) // Труды по истории Троице-Сергиевой Лавры. – М., 1998. С. 56-72.

[5] Конев С.В. Синодикология. Ч. 1: классификация источников// Историческая генеалогия. №1. – Екатеринбург, 1993. С.7-15.

[6] СПМЗ. Инв. 5559. 5560. 288; ОР РГБ. Ф. 304/111. Д. 25; ОР РГБ. Ф. 304. Д. 821.

[7] СПМЗ. Инв. 5561.

[8] ОР РГБ. Ф. 304/1. Д. 41, 42.

[9] ОР РГБ. Ф. 304/1. Д. 40.

[10] ОР РГБ. Ф. 304/1. Д. 814.

[11] ОР РГБ. Ф. 304/1. Д. 813.

[12] СПМЗ. Инв. 289; РГАДА. Ф. 237. Он. 1. Д.27.

[13] Кормовая книга 1592 г. Л. 31 об.

[14] Арсений, иером. Летопись наместников, келарей, казначеев, ризничих, экономов и библиотекарей Свято-Троицкой Сергиевой Лавры. – СПб., 1868. С. 20.

[15] Кормовая книга 1592 г. Л. 93 об.

[16] Там же. Л. 92.

[17] Кормовая книга 1674 г. Л. 28 об.

[18] Там же. Л. 26.

[19] Кормовая книга 1592 г. Л. 10.

[20] Клитина Е.Н. Указ. соч.

[21] ОР РГБ. Ф. 304/1. Д. 817.

[22] ОР РГБ. Ф. 304/1. Д.818.

[23] Конев С.В. Указ. соч. С. 12.

[24] Об этом см.: Николаева С.В. Кормовая книга 1674 г. и комплекс поминальных книг Троице-Сергиева монастыря XVII в. // Троице-Сергиева Лавра в истории, культуре и духовной жизни России: Материалы международной конференции, 29сент.-1 окт. 1998 г. – М.: Подкова, 2000. С. 117-131.


8 Ноября 2018

< Назад | Возврат к списку | Вперёд >

Интересные факты

По указу для Приказа
По указу для Приказа
6 февраля 1701 года, исполняя указ Петра I о сборе с церквей и монастырей
103 года Доходному дому
103 года Доходному дому
103 года назад Троице-Сергиева Лавра завершила строительные и отделочные работы в четырехэтажном каменном здании на углу Красногорской площади и Александровской...
Возвращение Лавре монастырских зданий
Возвращение Лавре монастырских зданий
2 сентября 1956 года Постановлением Совета Министров РСФСР №577 Свято-Троицкой Сергиевой Лавре возвращено 28 зданий ( с учетом переданных в 1946 -1948 годах)...
Освящение надвратной Церкви после пожара
Освящение надвратной Церкви после пожара
14 июня (н.ст.) 1763 года в присутствии Екатерины II...
Визит Петра I
Визит Петра I
10 июня (н.ст.) 1688 года шестнадцатилетний Петр I посетил Троице-Сергиев монастырь. Юного царя сопровождала свита из тридцати думных людей...