Даниил и Андрей Рублев в Троице-Сергиевом монастыре

Даниил и Андрей Рублев в Троице-Сергиевом монастыре

Г.В. Попов

Факт приглашения преподобным Никоном Радо­нежским художников для украшения нового собора-реликвария над гробом св. Сергия давно стал достояни­ем науки и не вызывает сомнений в достоверности. Вместе с тем обстоятельства «собирания» мастеров настоятелем Троицкого монастыря остаются неясными в некоторых де­талях.

Как известно, после летописных упоминаний об Анд­рее Рублеве и Данииле под 1405 и 1408 гг. имена обоих ху­дожников всплывают лишь после большого хронологичес­кого перерыва и уже в житийной литературе. Первое летописное известие о Рублеве называет его «чернецом». Впервые — и единственный раз — названный летописью в статье под 1408 г. о работах во владимирском Успенском соборе Даниил 1 именуется лишь «мастером», без указания принадлежности к иноческому чину 2. Не упоминается здесь и об иночестве Рублева, о чем, несомненно, было из­вестно предполагаемому составителю Троицкой летописи, Епифанию Премудрому 3. Известие 1408 г. сосредоточено на обстоятельствах и важности заказа: «...подписывати церковь каменую великую съборную святах Богородица иже в Владимире повеленьем князя великаго». Видимо, этим объясняется «сокращенность» сведений об авторах. По отношению к Даниилу этот «пробел» восполняется в позднейшей житийной литературе, связанной с именем Пахомия Логофета, откуда выясняется, что Даниил и Анд­рей Рублев были «спостниками» 4, то есть, по крайней ме­ре, в течение нескольких лет пребывали в одной обители.

Троицкая летопись и вслед за ней последующие редак­ции с точностью указывают день начала работ во владимирском соборе, но не упоминают о сроке их окончания. Не исключено, что обширнейший и «невиданный» по раз­мерам (по крайней мере для москвичей XIV — начала XV в.) интерьер древнего храма не был расписан за летний сезон 1408 г., и работы продолжались в 1409 г. Не исключе­но также, что к работам в Успенском соборе пришлось вер­нуться позднее, поскольку в следующем 1410 г., 3 июля, он был разграблен при очередном татарском набеге 5.

Отсутствие сведений об этом допустимо объяснять тем, что Троицкая летопись обрывается известиями именно 1408 г. Таким образом, прекращается относительно подробная фиксация крупнейших художественных работ 1390-1400-х годов — в первую очередь связанных с именем Феофана Грека, — обусловленная повышенным внимани­ем Епифания, по крайней мере к личности гениального константинопольского художника. Заказ на «подписание» владимирского собора был крупнейшим для своего време­ни и не мог не попасть в летопись (тем более в ожидании приезда нового митрополита).

В отличие от летописи житийные сочинения Епифания Премудрого не содержат упоминаний ни о Данииле, ни о Рублеве. Впервые их имена встречаются в так называемой Третьей редакции Жития Сергия и в Житии Никона, принадлежащих Пахомию Логофету (Сербу) и относимых Б.М. Клоссом к первой половине — середине 1440-х го­дов 6. Причем в первом из них, в разделе «О Андрониковском манастыри», упоминается один Андрей 7. И лишь в Житии Никона, описывая сооружение и роспись камен­ного Троицкого собора как «последнее рукоделие» преем­ника Сергия «на память о себе», Пахомий дает относитель­но подробную характеристику обоих иконописцев и рассказ об их «преставлении» 8.

Возможно, что за давностью лет (преподобный Сергий умирает в 1392 г., Никон — в 1428 г.) корреспонденты Пахомия и он сам не располагали исчерпывающими данны­ми о последних годах жизни иконописцев — «спостников». Во всяком случае в обоих сочинениях повествование неоднозначно.

Так, в упомянутой редакции Жития Сергия, в том же отрывке «О Андрониковском манастыри», уделяется ими мание также только «Андрею именем, иконописцю преизрядному, всех превъсходящи мужей добродетельным жить­ем». По версии Жития, Рублев наряду с третьим игуменом Спасо-Андроникова монастыря Александром являлся уче­ником андрониковского игумена Саввы, в свою очередь бывшего преемником основателя обители «блаженного» Андроника. Вместе с остальными «прочии мнози ученици его» они создают «в обители себе церковь каменну красну зело, и подписанием чюдным украсиша ю в память свя- тыхъ отецъ своих, иже и до ныне зрится... И тако богоугод­но поживше, къ Господу отъидоша» 9. Таким образом, со­здание Спасского собора и его оформление трактуются как акт памяти «святых отец» Андроника и Саввы. Событие это, судя по упоминанию игумена Александра, не выходит загрань 1427 г. 10 О приезде (или возвращении) Андрея Руб­лева в обитель из Троице-Сергиева монастыря после работ над заказом преподобного Никона Радонежского не сооб­щается.

Иначе освещаются события последних лет жизни ху­дожников в Житии Никона. Там, в рассказе о росписи Тро­ицкого собора по заказу игумена, говорится следующее: «Събрав бо живописци мужи в добродетели съвръшенных, Данила именемъ и спостника его Андреа и неких с ними». Далее повествуется о блаженной кончине художников — сначала Андрея, затем Даниила. Кончается повествование следующей фразой: «Видеша же братьа сих преставление, познаше, яко сего ради въскоре хотяше подписанми цер­ковь ону украсити, еже разумети ему Никону духовних онех мужи преставление...» (11). Из текста следует, что умира­ют оба в стенах Троице-Сергиева монастыря.

Примиряются эти версии в духовной грамоте Иосифа Волоцкого, около 1507 г., где сведения об Андрее Рублеве и Данииле, в свою очередь, опираются на предания, сообщенные автору троицким игуменом 1467-1474 гг. Спири­доном 12. По Иосифу, после работ в Троице художники пе­ребираются в Андроников монастырь и здесь оканчивают свое житие. Изложение в духовной грамоте также не лише­но неясностей и противоречий. Однако очередность работ и смерть «спостников» именно в Спасо-Андрониковом монастыре устанавливаются с безусловностью.

Поскольку «обретение» мощей Сергия состоялось 5 июля 1422 г., а новое здание Троицкого собора было освя­щено к осени 1425 г. 13, наиболее реальным периодом пребывания Даниила и Андрея Рублева в Троицкой обители были 1424-1425 гг. 14 Соответственно самым вероятным временем переезда художников в Андроников монастырь является конец 1425 г. или следующий год. Можно пола­гать также, что работы в местном Спасском храме были за­вершены не позднее 1427 г.

Из сказанного следует, что приблизительно с середины 20-х годов XV в. и Даниил, и Андрей Рублев находились на вершине полярности и творческой активности после длительного перерыва или, по крайней мере, полного невни­мания к ним летописцев и авторов житийных циклов о Сергии и Никоне Радонежских.

Перерыв в сведениях о художниках в официальной хро­нографии, как отмечалось, наступает после известия Тро­ицкой летописи под 1408 г. Часть исследователей предполагает при этом, что один из них, Андрей Рублев, получает позднее заказ на создание иконы «Ветхозаветной Троицы» для вновь отстроенной деревянной церкви в Сергиевом монастыре после возвращения иноков из Твери в период бегства «от лица Едигеева на Тверь», как о том сообщает Епифаний Премудрый (15). Существует мнение о создании иконы Рублевым около 1411-1412 гг. 16 Однако, поскольку хан Едигей покинул пределы Московской Руси около 20 декабря 1408 г. 17, резонно думать, что деревянная церковь в разоренном монастыре была воздвигнута вслед за возвра­щением туда иноков, то есть не позднее 1409 г. Тем же при­близительно временем возможно датировать и «Троицу» Андрея Рублева (ГТГ). И, поскольку весь комплекс нарра­тивных источников подтверждает принадлежность иконы именно Рублеву, предположение о ранней дате ее создания позволяет наметить более четкие и осмысленные паралле­ли между этим произведением и фресками Успенского со­бора во Владимире 1408 г.

В итоге можно констатировать, что первый, наиболее яркий и отчетливый по художественной значимости и ис­ключительности период творчества Андрея Рублева прихо­дится на первое десятилетие XV в. Его открывают декора­ция Евангелия Хитрово, около 1399 г. (РГБ. Ф. 304. III. № 3/М.8657), и цикл икон (ГТГ) и росписей из Успенско­го собора на Городке в Звенигороде, а, соответственно, за­вершает «Троица» 18.

С другой стороны, не исключено, что храмовым обра­зом восстановленной после разорения церкви могла стать более ранняя икона «Ветхозаветной Троицы» (в варианте «Гостеприимства Авраама»), которую по всем формально- стилистическим признакам допустимо датировать около рубежа XIV-XV вв. и которая могла быть вывезена троицкими иноками при бегстве от Едигеева нашествия 19 наряду с кадилом игумена Никона 1405 г. и ранней, «голубой», плащанией. В этом случае, видимо, следует признать допу­стимой версию создания рублевского произведения для храма 1412 г., в котором оно (по мнению Б.С. Клосса) и на­ходилось по крайней мере до строительства каменной Духовской церкви в 1476 г. 20

При всех вариантах построений очевидно, что промежу­ток в творческой биографии Рублева после 1408-1412 гг. и до нового этапа его совместной деятельности с Даниилом в 1424-1427 гг. остается белым пятном не только в личностно-биографическом аспекте, но и в плане уяснения степени интенсивности их участия в художественных процессах, приходящихся на основную часть 1410- 1420-х годов.

Косвенным указанием на определенную «востребован­ность» Рублева в тот период служит известие летописей о деисусе «Андреева писма Рублева» в золотом окладе, по­гибшем в Благовещенском соборе во время «великого по­жара» 1547 г. 21 Принимая в расчет факт перестройки крем­левского храма в 1416 г. 22, допустимо полагать, что деисус мог быть создан именно для нового здания. Некоторые до­полнительные аргументы в пользу такого предположения дает стилистика единственного фрагмента из алтарной части этого храма с деталью сцены «Тайной вечери» (ГИМ) 23. С другой стороны, безусловно, золотой оклад не мог укра­шать чрезмерно большой деисусный ряд (хотя само по се­бе его появление в эпоху митрополита Фотия не выглядит чем-то неожиданным).

Не исключено, далее, что недавно раскрытая из под за­писей икона «Рождество Христово» кремлевского собра­ния (24) может относиться к праздничному ряду в иконостасе собора 1416 г. Размер иконы лишь немногим превышает праздники ныне существующего сборного иконостаса Благовещенского собора, в наибольшей мере приближаясь к соответствующим иконам из иконостаса Троицкого со­бора Троице-Сергиевой лавры. При условии соотнесенн- ности здания 1416 г. с размерами белокаменного подклета — что в принципе не обязательно — здесь могло поме­щаться 10 или 12 икон (напомним, что в Благовещенском соборе ныне размещено 14 праздников, в Троицком — 18, в Рождественском соборе Саввино-Сторожеского монрастыря их было также 14) 25. Иными словами, подобная хро­нологическая привязка вполне допустима, но не безуслов­на, поскольку стилистически произведения московской иконописи второго и третьего десятилетий XV в. не всегда поддаются строгой локализации.

Сведения о том, откуда именно преподобный Никон «събрав... живописцы» для работ в Троицком монастыре, отсутствуют. Вряд ли он «собирал» (или подбирал) их самостоятельно, и скорее всего «некии» входили в состав ма­стерской Даниила и Андрея Рублева 1420-х годов. То, что основной состав мастерской или только ее руководители вслед за тем появляются в Спасо-Андроником монастыре, также очевидно. Однако то, что они прибывают в Троице- Сергиев именно из этой небольшой обители, представля­ется сомнительным. Более реальной выглядит связь мас­терской с крупным московским монастырем. По некоторым косвенным данным им мог быть ставропигиальный Симо­нов 26. В Спасо-Андрониковом монастыре оба художника, насколько можно судить, появляются с вполне определен­ной целью: для «подписания» вновь построенного храма. И только смерть обоих легендарным образом связала их с этой обителью.

Исключив возможность произвольного «собирания» троицким игуменом исполнителей заказа, мы тем самым должны исключить и вероятность каких бы то ни было случайностей в организации работ по его исполнению.

Существует еще один аспект, связанный с обстоятель­ствами заказа и нуждающийся в предварительной оговор­ке. Каковы пределы «последнего рукоделия» преподобно­го Никона»? Включал ли заказ на «подписание» создание иконного ансамбля? Вопрос вполне уместен, поскольку ни одно из упоминаний о подобных работах — по крайней мере в пределах от конца XIV до XVI в. — не оговаривает осо­бо иконную часть работ. Поэтому и ответ на него сохраня­ет долю гипотетичности.

Видимо, следует признать вероятным, что «подписа­ние» уже действующих храмов отнюдь не всегда предпола­гало единовременное создание иконостаса. В частности, известие Троицкой летописи под 1405 г. о приглашении для работ в Благовещенском соборе Феофана Грека и дру­гих мастеров могло подразумевать только создание роспи­си, поскольку великокняжеским храм был освящен ранее и, несомненно, уже имел иконы. То же, видимо, следует заметить и в отношении Рождественского собора Фера­понтова монастыря, освященного в 1490 г. Характерно, что пространная молитвенная летопись 1502 г. в откосе север­ного портала о работах там под руководством Дионисия не упоминает об иконах — говорится лишь в «подписи» хра­ма, соответственно художник «с своими чады» именуются «писцами» 27.

Специальное указание на заказ иконного ансамбля, на­сколько можно судить, содержит лишь летописная статья о работах в Успенском соборе Московского Кремля под 1481 г. 28 Возможно, это объясняется не только грандиозно­стью работ, возглавленных Дионисием, но и тем, что заказ от лица великокняжеского духовника, ростовского архи­епископа Вассиана, был ограничен именно иконостасом.

С другой стороны, во вновь отстроенном каменном Ус­пенском соборе Иосифо-Волоколамского монастыря тот же Дионисий с помощниками в 1485 г. не только расписы­вает храм, но и создает многоярусный иконостас, несмот­ря на то, что им незадолго до этого, в 1479 г., был уже на­писан комплекс икон для деревянного монастырского собора 29. Наиболее вероятным побудительным мотивом в этом случае являлись соображения эстетического и содержательно-иконографического порядка, поскольку — судя по монастырской описи 1545 г. — «старый» иконостас состоял из девяти поясных деисусных икон и, видимо, так­же поясных пророческих икон.

Экстраполируя приведенные сведения на более ранний период, можно допустить, что при «подписании» новопостроенных храмов — Троицкого в Сергиевом монастыре или Спасского в Андрониковом — указанный термин включал как саму роспись, так и создание икон. Аналогич­ным образом выглядит ситуация с работами в Успенском соборе на Городке в Звенигороде около 1400 г. и в Рождест­венском соборе соседнего Саввино-Сторожевского монас­тыря. Хотя в последнем случае остаются до конца неясны­ми ни дата строительства, ни время оформления интерьера храма в пределах первой трети или первой четверти XV в.

Принимая версию о консолидированности приглашен­ной преподобным Никоном группы художников под руко­водством Даниила и Андрея Рублева в виде артели-мастерской, следует признать и определенную правомерность выводов исследователей старшего поколения об ее отно­сительной многочисленности 30. Безусловно, эти наблюде­ния в дальнейшем уточнятся при повторном раскрытии троицкого иконостаса. Но принципиальный для оценки эпохи митрополита Фотия тезис о внушительных размерах мастерской, видимо, останется не поколебленным 31. И это свидетельствует об интенсивной деятельности ее руково­дителей на протяжении, по крайней мере, 1420-х годов.

Тем самым, как отмечалось, ставится под сомнение рас­пространенная версия о прибытии иконописцев из Спасо- Андроникова монастыря. Появление их там — по крайней мере Даниила и Андрея Рублева — резонно объяснить именно получением очередного заказа, который оказался для них последним.

В памяти последующих поколений оба великих мастера оставались «спостниками», постоянно пребывающими в «союзе любви». Однако в дальнейшем имя Рублева засло­нило память о первом лице «союза», Данииле. И если от­меченное обстоятельство выглядит закономерным в свете рекомендаций Стоглавого церковного собора 1551 г. о на­писании икон «Ветхозаветной Троицы», то явное предпо­чтение преподобного Иосифа Волоцкого — активного со­бирателя икон «Рублева письма» 32 — нуждается в дополнительном объяснении.


Источник: Троице-Сергиева лавра в истории, культуре и духовной жизни России. Материалы IIIМеждународной конференции 25 сентября - 27 сентября 2002 г. - Сергиев Посад, "Весь Сергиев Посад", 2004.


Примечания

1 Следует уточнить, что его общепринятое прозвище «Черный» впервые встречается в тексте «Сказания о святых иконописцах» конца XVII — начала XVIII в. (Дудочкин Б.Н. Андрей Рублев: Материалы к изучению биографии и творчества. - М., 2000. С. 23). Соответственно теряют осно­вание попытки видеть в нем «принявшего постриг» Симеона Черного, участника работ над росписью кремлевской церкви Рождества Богома­тери в 1395 г. под руководством Феофана Грека (ср.: Кузьмина В.Д. Древнерусские письменные источники в Андрее Рублеве // Андрей Рублев и его эпоха. Сб.ст. под ред. М.В. Алпатова. - М., 1971, С. 105. При­меч.3).

2 Приселков М.Д. Троицкая летопись. - М., 1950. С. 466.

3 Клосс Б.М. Избранные труды. Житие Сергия Радонежского. - М., 1998. Т. 1. С. 254-255.

4 Там же. С. 88.

5 ПСРЛ. - М.-Л., 1949. Т. 25. С. 240.

6 Клосс Б.М. Указ. соч. С. 88, 168.

7 Там же. С. 401.

8 Там же. С. 88.

9 Там же. С. 401-402.

10 Строев П. Списки иерархов и настоятелей монастырей Российской церкви. - СПб., 1877. С. 169; Дудочкин Б.Н. Указ. соч. С. 26.

11 Клосс Б.М. Указ. соч. С. 88.

12 Великие Минеи Четии, собранные всероссийским митрополитом Ма­карием. Сентябрь, дни 1-13. - СПб., 1868. С. 557-558.

13 В летописи сообщается о погребении там радонежского князя Андрея Владимировича (ПСРЛ. Т. 25. С. 247). Б.М. Клосс относит это событие к 1426 г. (указ. соч. С. 69). Однако при вероятности сентябрьского лето­исчисления оно приходится на предшествующий год.

14 Дудочкин Б.Н. Указ. соч. С. 24-25.

15 Лазарев В.Н. Феофан Грек и его школа. - М., 1961. С. 114.

16 См.: Лазарев В.Н. Андрей Рублев и его школа. - М., 1966. С. 135-137: Клосс Б.М. Указ. соч. С. 87.

17 Приселков М.Д. Указ. соч. С. 470.

18 Попов Г.В. Инициалы Евангелия Хитрово и их место в московском ис­кусстве рубежа XIV-XV веков // История и теория мировой художест­венной культуры. - М., 1995. Вып. 2. С. 39-71; он же. Андрей Рублев // Человек. 2/1992. С. 119-132.

19 См.: Смирнова Э.С. Московская икона XIV-XVII веков. - Л., 1988. Кат. 62, 63; Попов Г.В. Две древнейшие иконы «Ветхозаветной Троицы» из Троице-Сергиевой лавры (вопросы происхождения и датировки) // Троице-Сергиева лавра в истории, культуре и духовной жизни России. Международная конференция 29 сентября — 7 октября 1998. Тезисы докладов. - Сергиев Посад, 1988. С. 56-57; Древнерусское искусство. Сергий Радонежский и художественная культура Москвы XIV-XV вв. - СПб., 1998. С. 8-9. Наиболее фундаментальное исследование «Троицы — Гостеприимства» принадлежит Г.И. Вздорнову (Вздорнов Г.И. Новооткрытая икона «Троицы» из Троице-Сергиевой лавры и «Троица» Ан­дрея Рублева // Древнерусское искусство. Художественная культура Москвы и прилежащих к ней княжеств. XIV-XVI вв. - М., 1970. С. 115- 154), который датировал икону 1411 г., относя рублевскую «Троицу» к 1425-1427 гг. Намеченное автором соотношение «очередности» созда­ния икон не вызывает сомнений, но, как следует из сказанного, нужда­ется в коррекции — в смысле их удревления. Новейшие попытки Э.К. Гусевой вернуться к предложенной в свое время датировке Т.В. Николаевой ранней иконы «Ветхозаветной Троицы-Гостеприим­ства Авраама» 1476 г. — от которой, кстати, автор потом отказался (Ни­колаева Т.В. Собрание древнерусского искусства в Загорском музее. - Л., [1969]. Кат. 33. С. 72-73; ср.: она же. Древнерусская живопись Загорско­го музея. - М., 1977. Кат. 127. С. 92-93) — следует рассматривать как край­не досадное недоразумение: (Гусева Э.К. Об иконе «Троицы» из Духовского храма (в собрании Сергиево-Посадского музея) // Троице-Сергиева лавра в истории, культуре и духовной жизни России. - М., 2000. С. 223-238; она же. Некоторые вопросы изучения «Троицы» Андрея Рублева // Троице-Сергиева лавра в истории, культуре и духовной жизни России. Материалы II Международной конферен­ции. - Сергиев Посад, 2002. С. 288, 300-301. Примеч. 6). Судя по дате ка­дила преподобного Никона, какие-то работы могли проводиться в Тро­ицком монастыре около этого года.

20 Клосс Б.М. Указ. соч. С. 86-87.

21 ПСРЛ. - М., 1965. Т. 13. С. 152.

22 Кучкин В.А. К истории каменного строительства в Московском Крем­ле в XV в. // Средневековая Русь. - М., 1976. С. 293-297.

23 Византия, Балканы, Русь. Иконы конца XIII — первой половины XV века. Каталог выставки ГТГ. Август — сентябрь 1991 г. Отв. ред. JI. Лифшиц. - М., 1991. Приложение Б. С. 264.

24 Там же. Кат. 88. С. 251.

25 Попов Г.В. Иконы праздничного ряда Благовещенского собора (Вопро­сы атрибуции) // Уникальному памятнику русской культуры Благове­щенскому собору Московского Кремля 500 лет. Тезисы докладов науч­ной конференции (13-15 ноября 1989 г.). - М., 1989. С. 40-41.

26 Попов Г.В. Чернец Андрей Рублев, старец Митрофан, Дионисий «иконник» и московский Симонов монастырь // Труды ЦМиАР. - М., 2002. Т.П.

27 Полную реконструкцию надписи См.: Федышин Н.И. О датировках ферапонтовских фресок // Ферапонтовский сборник. - М., 1985. Вып. 1. С. 38.

28 ПСРЛ. - СПб., 1853. Т. 6. С. 233.

29 Георгиевский В.Т. Фрески Ферапонтова монастыря. - СПб., 1911. Прило­жение. С. 1; Меняйло В.А. Новые данные о творчестве Дионисия // Древнерусское искусство. Художественные памятники русского Севера. - М., 1989. С. 58 и след.

30 Лазарев В.Н. Андрей Рублев ... С. 44-52, 138-146; Демина Н.А. Андрей Рублев и художники его круга. - М., 1972. С. 82-165.

31. Вместе с тем нельзя не отметить определенной преувеличенности ее «производственной мощи» в известной статье В.Н. Лазарева «О методе работы в рублевской мастерской» (Доклады и сообщения Филологиче­ского факультета МГУ. - М., 1946. Вып. 1. С. 60-64; то же в кн.: Лазарев В.Н. Византийское и русское искусство: Статьи и материалы. - М., 1978. С. 205-210).

32. См.подробнее: Меняйло В.А. Иконы «Рублева письма» в Иосифо-Волоколамском монастыре // Альфа и Омега: Ученые записки Общества для распространения Священного Писания в России. - М., 1996. № 4 (11). С. 231-239.


STSL.Ru


Теги: Иконопись
11 Октября 2018

< Назад | Возврат к списку | Вперёд >

Интересные факты

По указу для Приказа
По указу для Приказа
6 февраля 1701 года, исполняя указ Петра I о сборе с церквей и монастырей
103 года Доходному дому
103 года Доходному дому
103 года назад Троице-Сергиева Лавра завершила строительные и отделочные работы в четырехэтажном каменном здании на углу Красногорской площади и Александровской...
Возвращение Лавре монастырских зданий
Возвращение Лавре монастырских зданий
2 сентября 1956 года Постановлением Совета Министров РСФСР №577 Свято-Троицкой Сергиевой Лавре возвращено 28 зданий ( с учетом переданных в 1946 -1948 годах)...
Освящение надвратной Церкви после пожара
Освящение надвратной Церкви после пожара
14 июня (н.ст.) 1763 года в присутствии Екатерины II...
Визит Петра I
Визит Петра I
10 июня (н.ст.) 1688 года шестнадцатилетний Петр I посетил Троице-Сергиев монастырь. Юного царя сопровождала свита из тридцати думных людей...